Городские легенды

Объявление

OPUS DEI
апрель 1650 года, охота на ведьм
ATRIUM MORTIS
май 1886 года, Викторианский Лондон
ШПИОНСКИЙ РОМАН
1939 год, Вторая мировая война
Сюжет готов.
Идет набор персонажей.

Ждем персонажей по акции!
Игра уже началась.

Сюжет готовится к выходу.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Городские легенды » Старое » Возвращение в Истинную Веру


Возвращение в Истинную Веру

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Сюжет: Кровавые эксперименты (Кладбищенские истории)
Дата: 17 июня 1906 год
Место: церковь Святой Терезы, Лондон
Участники: Магнус Хенсли, Эбигейл Торнтон
Краткое описание: В последнее время Эбигейл чувствовала себя намного лучше и даже стала участвовать в Сезоне, а раз здоровье ее поправилось, появилось жение вновь стать католичкой. Молодая Женщина отправилась в церковь своего детства.

0

2

Это был воистину великий день для Эбигейл Торнтон. Она не была в католической церкви так давно, что ей уже казалось, будто она все-все забыла.
Отчим отправил ее во тьму в семилетнем возрасте, и после этого времени Эби ни разу не исповедовалась. Англиканская вера не пришлась ей по вкусу, казалось, что она изменила Богу, и не могла простить этого ни матери, ни лорду Карпентеру. Но теперь она решилась обратиться в Истинную Веру, и была уверена, что общество уже ее не осудит, ведь муж у нее далеко не бедный.
Торнтон не был ревностным христианином, даже на церковные службы не ходил, и Эби рассудила, что Мэтью не будет против, если она обернется в католичество.
Так что сев ранним утром в экипаж, Эби просила кучера отвести ее в церковь Святой Терезы. Эбигейл захотела сделать столь важный для себя шаг в той церкви, где прошло ее детство. Еще со вчерашнего дня внутри нее трепетало осознание того, что совсем скоро она вернутся туда, волнение всю ночь не отпускало, и Эби уснуть так и не смогла. Но это было совсем ничего, она не чувствовала усталости и сонливости, ее поддерживала вера в Бога.
Экипаж остановился прямо напротив церкви, высаживая пассажирку, а кучер помог ей сойти со ступенек. Эбигейл осмотрелась: кругом все было так, как она запомнила, и сама церковь за такой долгий срок нисколько не поменялась. Это только обрадовала миссис Торнтон, она представляла себе все именно так и была бы расстроена, будь оно иначе.
Интересно, подумала Эби, а отец Сканлон все еще здесь?
Эбигейл приехала в церковь раньше, чем должна была начаться месса, и не без умысла. Она желала без лишней спешки пройти здесь и исповедаться.
- Простите меня, отец, ибо я согрешила, - сказала Эби, сидящая в исповедальне. Эти слова будто вернули ее в прошлое, и Эби вновь почувствовала себя семилетней девочкой, пришедшей в церковь с матерью.
Небольшая комнатка была той же самой, где юная Эбигейл Флауэрс исповедовалась в своих грехах, только цвета со временем немного потускнели.

0

3

За время своих научных изысканий, Магнус добился много. Он сам так считал, по крайней мере. Слухи, блуждающие по городу или невообразимые истории не проходили мимо него никогда, и Хенсли старался проверять все, что слышал или читал. Многое оказывалось сущим бредом, но кое-что имело под собой почву. Например, Магнус снискал некоторую нехорошую популярность в кругу медиумов, а все потому, что с некоторых пор старался избегать с ними встречи, а от общества, которое специализировалось на проверки способностей таких, как он, и вовсе сбегал.
Но жизнь текла, Магнус жил под разными именами, носил разную одежду. Сейчас, например, уже где-то месяц играл роль священника в католической церкви. А все потому, что в кругах, интересующихся мистическими событиями, прошелся слух о странностях на местном кладбище. Казалось бы, стоило ли устраивать подобный спектакль, чтобы просто прогуляться по кладбищу? Но да, стоило. В роли священника он мог безнаказанно пребывать здесь в любое время, и все, что ему надо – сидеть, повторять заученные слова в исповедальне и произносить речи перед публикой каждое воскресенье, что для Магнуса было проще простого в связи с его хорошим образованием, начитанностью и острым умом.
Попасть приходским священником и вовсе труда не составило, ему лишь нужно было раздобыть соответствующий наряд и отыскать соответствующее имя. Но в этом ему повезло. Какой-то священник в окрестностях Лондона отдал своему Богу душу, а Хенсли, заплатив энную сумму доктору, получил его документы и уверенность в том, что о смерти оного никто не узнает. В смысле, римско-католическая церковь не узнает, чтобы тот самый священник оставался у них в записях. И вообще, католики до странности доверчивы. Стоило только показаться в рясе перед дверью церкви, его уже приняли с распростертыми объятиями и дали место, потому что его предшественник хоть и был жив, да слишком болен и выглядел, если уж честно, отвратительно.
За месяц пребывания Магнус, кажется, совсем свыкся с ролью священника, ему даже понравилось. Во-первых, он имел неограниченный допуск к вину, с которым у изобретателя всегда были очень тесные и дружеские отношения. Во-вторых, к нему относились здесь с большим уважением, хотя целование рук Магнус не переносил – брезговал. В-третьих, в его апартаменты (келью по-католически), никто заходить больше не смел, а значит, он мог там прятать все, что душе угодно. А прятал он много: всякие приспособления и небольшие изобретения, которые ему могли помочь в охоте.
А еще Хенсли переживал. Переживал за свою участь. Ему уже было 48 лет, он старел, а этого ни одному ученому не хотелось. Собственно, его приближающаяся старость и стала причиной его активных действия и пребываний у кладбища. Поговаривали, что в этой округе завелся вампир. Зная о том, что вампиры по сути существа мертвые, а значит они не стареют и, что самое главное, не гниют почему-то. Магнусу очень хотелось выделить из их крови вещество, которое способно на такие чудеса. Или хотя бы проверить, как кровь вампиров влияет на живого человека. Да и просто поймать живого вампира – уже оставит имя в истории.
И, признаться, было иногда забавно слушать о всяких грехах, ведь в церковь приходили и далеко не бедные люди. А так наслушаешься, и пригодится что-нибудь. Так что несмотря на находящую периодически скуку, Магнус сидел и вслушивался в то, что ему говорят за решетчатым оконцем.
- Давно ли ты исповедовалась последний раз? – произнес Магнус уже привычные для него слова. Он перечитал много разнообразной литературы, так что все процедуры знал наизусть.

+1

4

Эбигейл с жадностью впитывала в себя каждый звук. Сложно было определить при прошествии стольких лет, тот же за стенкой сидит священник или нет. Эбигейл безумно хотелось, чтобы это оказался тот самый отец Менно, который поучал ее в далеком детстве. Но она догадывалась, что он уже мог умереть (и, конечно же, находится в раю), но все же надеялась. Как было бы приятно, если бы при возвращении в Веру, ее встретил наставник детства!
Будучи семилетней девочкой, Эби сидела на стуле, опустив голову, каялась в своих самых страшных грехах, которые только совершались. Она каялась, что соврала гувернантке, что съела лишнюю конфету или плохо о ком-нибудь подумала. Ее отец, Адриан Флауэрс, был человеком не менее религиозным, так что и свою единственную дочь учил кроткому католическому смирению. Но прошло уже столько времени.
- Семнадцать лет, - сенсационное признание, и Эби почувствовала, как краска стыда полностью покрыло ее лицо. Конечно, ей нет оправдания, как нельзя и оправдать ее отчима, и мать.
Эбигейл иногда задавалась вопросом, сколько времени ее мама проведет в Чистилище. Сомнений в том, что она именно там, никогда у девушки не возникало. За то, что она так легко рассталась с Истиной Верой, ее обязательно отправили в Чистилище. И ведь за ее душу никто не молился, на похоронах были только угрюмые друзья лорда Карпентера, все англиканцы. А Эби не молилась в церкви и не ставила свечи, она лишь исполняла свои обязанности и приходила на воскресную службу как представитель семьи Карпентера, а потом и Торнтона.
- Мой приемный отец настоял на том, чтобы мы с матерью перешили в англиканскую веру. Но теперь я могу вернуться к своему Небесному Отцу.
Рассказать о своих грехах за столь долгий период времени для Эбигейл не составляло труда. Она вела дневник, и все туда записывала. Прошедшей ночью, перед тем, как поехать в церковь, Эби достала свои старые тетради,  и перечитывала все, что в них было написано. Все, что она писала в эти семнадцать лет. Но нет, не стоит думать, что там было слишком много. Меньше, чем могло быть на самом деле. Во время своей болезни Эбигейл не могла вести дневник, она была слишком слаба и только лежала в постели.
- Он сейчас за границей, но я уже взрослая и замужем, - пояснила Эбигейл.
Да, Эби еще не знала, как на ее визит в католическую церковь отреагирует Мэтью, но заранее решила покаяться и за то, что может сохранить от него в тайне ее приезд сюда.

0

5

Магнус подавил зевок. Он уже с сочувствием думал о том, что не захватил с собой небольшую флягу с вином. Все это из-за осторожности. Не хотелось бы из-за глупой оплошности лишиться насиженного места. Магнусу приходилось постоянно следить за собой и подавлять истинные желания. Он теперь никогда не говорил того, что думал, и тщательно подбирал слова для общения с прихожанами и монашками. А несколько раз его хотел видеть старый священник этой церкви Как-Там-Его. В разговоре с ним Хенсли проявил недюжую силу воли и гигантское смирение, выслушивая его наставления, как (вот уж где слава Богу!) старшего. К счастью, Хенсли еще с давних пор привык видеть мерзости всякие, так что вид старика с гниющими ногами (и это в 20 веке!) его вовсе не обескуражил. Только вот запах в комнате стоял преотвратный, но это и потерпеть можно. Хенсли только мысленно отвечал ему, а на деле просто кивал в знак понимания его слов. А что уж он там наговорил, то Магнус бы лучше забыл. Долго и упорно изобретатель слушал о повадках и делах всех здешних прихожан. Чуть со скуки не умер. 
Интересно, задумался Хенсли, на что живут священники? Ну понятно было, что они тут кормятся, и проживают, хлопот не зная. Но Магнусу никак не верилось в то, что все они такие уж безгрешные. «Знаем, плавали». За свои сорок восемь (о, ужас! 48!) лет, Хенсли видел священников, которые не гнушались и уличными девками ради удовлетворения своей похоти. Наверно, гуляют на пожертвования.
Магнус тяжело вздохнул, совсем позабыв, что его кто-то может услышать. Наверно, женщина за стенкой могла подумать, что он из-за нее так распереживался. И было от чего!
- Почему так долго? – поинтересовался он спокойным «падорским» голосом, даже удивившись того, что после семнадцати лет женщина все же решилась.
Ах, да. Это увлечение англиканством. Практично. Признаться, Магнус опасался, что католические церкви находятся в жутчайшем упадке. Но это оказалось не совсем правдой. Люди приходят, хотя и не богатые, оставляют пожертвования. В общем, все идет своим чередом.
- А муж католик?
Такое уж было правило: какую веру исповедует мужчина, такую должна исповедовать и его жена, и вся его семья.
- Ты помнишь, как исповедоваться? – снова спросил Магнус. И испугался, что ему придется выслушивать очень много грехов, накопившиеся за те семнадцать лет религиозного воздержания от этой бедной женщины.

0

6

Чуткие ушки Эбигейл ухватили вздох, и возвращенная католичка действительно приняла его на свой счет. Да-да, она прекрасно знала, что очень и очень плохая, раз так долго пребывала в лоне неправильной церкви. Но что она могла поделать?  А теперь лорд Карпентер был за границей со своей молодой женой (и,кажется, у них уже были свои дети), так что он не будет наставлять Мэтью , как следует поступить с женой - отступницей. Ну а Мэтью, в свою очередь, закроет глаза на эту вольность.
- Нет, он англиканец, - Эби тут же покрылась красной, - но не ревностный, - добавила она.
Интересно, католический священник осудит ее за то, что жена, вопреки мужу и отцу (не настоящему), а вернулась в католическую веру? Очень противоречивый поступок.
И даже те семнадцать лет, что Эби не по своей воле пребывала под сводами англиканской церкви, не смогли заставить ее забыть основы католического вероисповедания.
Обрадовавшись,что теперь она может облегчить свою душу и попросить у Господа прощение за свои грехи, Эбигейл с горячностью произнесла:
- Конечно!
Показывая падре свою приверженность истинной веры, Эби стала читать знакомую с детства молитву на латинском языке, которой всегда начиналась ее исповедь.
Сразу после этого молодая женщина открыла маленький блокнотик, что лежал до этого момента у нее в сумке.
К приходу в церковь Эби подготовилась настолько тщательно, так что она заранее пересмотрела свои дневники за эти семнадцать лет, и аккуратно выписала все свои грехи,занесенные в них так бережно и внимательно, специальнодля того, чтобы все запомнить. Можно подумать, что это был огромный список.Но вовсе не так. Много времени было пропущено из-за болезни.
- В двенадцать лет я потеряла браслет, который подарила мне подруга, но ей соврала,сказала, что браслет в порядке. В тринадцать лет я убежала от гувернантки и подумала о ней плохо. А в шестнадцать плохо говорила о своем приемном отце.
На этом Эби явно закончила. Грехи в списке тоже подошли к концу.

0

7

Магнус  почти не сдержался от удивления, но вовремя остановил себя от фразочки типа «черт возьми». Не дело это, священникам такое произносить в суе, да. Но он был действительно удивлен. Грехи-то, надо сказать, были так себе. В смысле, их и грехами-то в наше время считать было невозможно. Легкое вранье – разве это грех? Вот если бы эта леди изменила мужу, тут другое дело. А тут… За семнадцать лет… Ужас, одним словом.
А ведь это все при том, что агностик Магнус не верил в безгрешность отдельно взятого (любого) человека. И это что же получается, сейчас за тонкой стенкой сидит чуть ли не ангел?
- Что же, это все грехи? – на всякий случай и даже с надеждой переспросил липовый священник.
- Раз так, прочитайте три раза на каждый грех молитву «Отче наш» и к Пресвятой Богородице, - наложил Хенсли епитимию.

Магнус вышел из кабинки даже какой-то разочарованный. Но так, по-хорошему разочарованный. Он ведь ожидал, что за семнадцать лет верующий человек, не исповедовавшийся все это время, может набрать грехов не одну корзину. Ан, нет.
Но зачем об этом думать. Может, она и соврала, с кем  не бывает. Правда, не было похоже.
Но теперь Магнусу нужно было подумать совсем о другом. Впереди было нечто пострашнее, чем исповедование кого-то. А именно, проповедь.
Именно на проповеди он мог себя раскрыть. Его ведь всегда могло занести, и Магнус мог высказать то, что думает на самом деле. А так не думает ни один священник. Пожалуются еще на него, а потом и раскроется вся его блестящая конспирация.
И если Магнус мог сымпровизировать любую лекцию и любое публичное выступление, когда знал, о чем говорит или был согласен с этим, то тут появлялась проблема. То, что хотят от него услышать, полностью разнится с его настоящими мыслями. Так что Магнусу приходилось готовиться, и готовиться тщательно, выбирать каждое слово так, чтобы не обидеть Бога и его служителей. Да и стараться делать тексты «на злобу дня», чтобы к нему обязательно подходили и выражали свою благодарность.
Вот люди! Они еще и слушают то, что так нудно вещают на проповедях!
А тема сегодняшней речи была какая-то книжонка, выпущена джентльменами явно вздорными и глупыми. Книга была о Боге и его служителях. И, с одной стороны, тематика ее позволяла создать настоящий атеистический или агностический шедевр. С другой же, и это было действительно так, эти юнцы, написавшие сей труд, испортили вконец своей глупостью шикарную тематику и только настроили общество против подобного.
Надо будет, думал Магнус, после завершения экспериментов самому взяться за письмо, получиться гениально. Правда, если тема неверующих священников будет все еще актуальна.
Но в этот раз придется говорить о полной безнравственности книжонки.

0

8

Эбигейл чувствовала небывалое облегчение и умиротворение. В церкви своего детства будто все счастливые моменты ее жизни, когда еще был жив отец и мать, вернулись к ней. Сейчас Эби была не Торнтон и даже не Карпентер. Флауэрс - вот ее фамилия.
Эбигейл поблагодарила святого отца и вышла из кабинки. Впереди было проповедь и молодая женщина решила послушать ее. Она заняла самую дальнюю скамейку, чтобы сидеть вдалеке ото всех. Ей казалось, что общество еще не готово к тому, чтобы принять ее как католичку, ей хотелось побыть вдалеке от любых взоров.
Признаться, она плохо слушала то, о чем говорил священник. Кажется, что-то о книге и ее авторов. Эби мысленно говорила с Богом и вспоминала свое детство. Она осматривала церковь в убедилась еще больше, что в ней ничего и не изменилось. Все в точности, как она запомнило, только еще более обветшалое и постаревшее.
Первое время миссис Торнтон внимательно вглядывалась в священника. Она быстро поняла, что это не тот, что был в этой церкви во времена ее детства, увы. Этот был худой и совсем не старый. По этому поводу Эби почувствовала небольшое разочарование, но быстро забыла о нем, всматриваясь в своды и скамейки любимого места детства.
Да, она любила ходить в церковь и верила в чудотворное ее воздействие. Мать привила своей дочери беспредельную веру, а Эбигейл с возрастам стала еще более набожной.
Как хорошо, как ей нравилось здесь находиться.

0


Вы здесь » Городские легенды » Старое » Возвращение в Истинную Веру


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC