Городские легенды

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Городские легенды » Старое » "Полиция подключается к делу"


"Полиция подключается к делу"

Сообщений 1 страница 30 из 42

1

Сюжет: Так живут в Ист-Энде, цикл "Детективные истории"
Дата: 20 августа 1884 года
Место: Уайтчепел
Участники: Мастер игры, Тревор Макбрайд, Рис Ллевеллин
Краткое описание: Вот и для полиции нашлась работа: найден человек, умершей такой же странной смертью.

0

2

Сложно сказать, каково быть полицейским в Уайтчепеле. Некоторые улицы этого района настолько бедны, что в одной маленькой комнатке могут жить десять человек, согреваясь холодными ночами только теплом друг друга. Известны случаи, что семьи жили с животными. Кто-то держал у себя свиней, кто-то – куриц. И поделать с такой жизнью ничего было невозможно.
Женщины, выходящие каждую ночь на улицу, просто обязаны зарабатывать таким вот способом, иначе им было не выжить. Так что констебли закрывали глаза на многое, изредка забирая в участок особо пьяных или бунтарей.
Но вот убийства в Уайтчепеле встречались крайне редко. Были случаи самоубийства или пьяной драки с поножовщиной (что тоже можно прировнять к самоубийству), а намеренные, продуманные преступления со смертоубийством – что-то из ряда вон выходящее.
Но не в этот раз.
Молодой констебль, почти мальчишка, которому удалось не потерять голову в загнивающем Уайтчепеле и найти работу, делал свой обычный обход.  Было так рано-рано утром, что еще и поздно-поздно ночью не совсем закончилось.  Даже самые ранние работники только готовились выйти из своих домов, когда молодой Пэйн, а именно так звали констебля, заканчивал ночное дежурство. Он уже предвкушал отдых после долгих трудовых часов, как его внимание было чем-то привлечено.
В небольшом закутке среди старых поломанных деревянных ящиков лежал мужчина лицом к земле. Констебль мог и вовсе не обратить внимания на лежащего человека – мало ли бездомных пьяниц в Уайтчепеле – но одет он был очень хорошо. На руках перчатки, на ногах дорогие ботинки (ничего украдено еще не было), костюм ну прямо с иголочки. До безобразия приличный вид лежащего мужчины заставил констебля Пэйна подойти к нему.
- Сэр? С вами все в порядке? – потряс констебль его за плечо, но реакции не последовало. Тогда Пэйн потряс сильнее и еще сильнее, но как бы он ни старался, реакции никакой не было. Юноша уже начал было паниковать: он поставил на землю бесполезный (солнце уже восходило) и потухший фонарь, и перевернул человека. Лицо было молодое, очень бледное и что-то очень уж неживое. Почти завороженный такой странностью, юный Пэйн похлопал человека по щекам, подмечая, что тот совсем холодный.
И тут констебль понял: человек в дорогой одежде мертв. Он даже отскочил от трупа: раньше ему не приходилось так близко видеть смерть. Мальчишка в панике заметался и совсем не знал, что делать, но вскоре уже бежал по улице с единственно пришедшей в его голову мыслью.
А через какое-то время Пэйн изо всех сил тарабанил в дверь Тревора Макбрайда.

0

3

Он уже и не мог упомнить часа, в котором заснул. В последнее время Макбрайд все больше силился возвращаться домой под предлогом большого объема работы. В участке такого неблагоприятного района, как Уайчепел, конечно, меньше всего думают о бумагах и бланках в виду их практической ненадобности. Кому нужна подобная волокита, когда весь день проводишь на улицах и видишь все своими глазами?
Увы, начальнику полицейского участка уже не впору бегать по закоулкам округа в силу двух причин – возраста и собственно должности. Тревор Макбрайд в основном занимался организаторской деятельностью – расставлял караулы, следил за состоянием констеблей. В конце рабочего дня, он, за нежеланием отправляться в опустевший после смерти жены и замужества дочери дом, отправлялся в местную питейную, дабы часть недовольств ушла сама собой. Или создавал видимость большой занятости: якобы вышестоящие органы требовали отчетности по состоянию района. Покопавшись с парой-тройкой бумаг, он принимался за книги. За несколько лет этот кабинет стал ему вторым домом. С начальником сюда перекочевала часть каких-то знаковых вещей и небогатого гардероба – поговаривали, что где-то здесь до сих пор лежит его старое  ружье. Разумеется, незаряженное.
В предрассветные часы раздался стук, который мог бы и мертвеца поднять из могилы. Дрогнув, начальник участка ударился коленкой о рабочий стол, за которым его застал сон. Выругавшись себе под нос, Тревор протер глаза. Звук такого отчаянного стука мог навести на самые неприятные мысли. С неожиданной для самого себя резвостью, он вскочил с места и протрусил в закрытой двери.
- Что, там, черти возьми…- вид у Макбрайда был не самый свежий, как мог бы заметить юный Пэйн: глаза в мелких розовых прожилках, помятый вид, простоватая рубашка с недорогим, уже пожившим жилетом. Всякий человек представляет из себя не лучшее зрелище на момент пробуждения, вот и начальник участка не был исключением. При виде величайшего смятения на лице юного констебля, лицо Макбрайда в одно мгновение стало совершенно другим. Черты лица разгладились в немом вопросе, нахмуренные брови выражали заинтересованность и даже долю понимания. А плечи опустились в облегченном выдохе.
- ...Ну ты-то вряд ли стал будить меня за какой-нибудь ерундой, - он приоткрыл дверь полностью и похлопал себя по карманам, дабы достать часы, - или меня ждет разочарование в этом вопросе?
Он попытался улыбнуться по своему обыкновениию, однако, положение стрелок на часах еще больше встревожило Тревора.

+1

4

Полицейский участок находился на Бишопсгейт – стрит в отдельном одноэтажном доме. Здесь были и камеры, где чаще всего отсыпались какие-нибудь пьянчуги, и комнаты полиции. Последние представляли собой несколько помещений, соединенных друг с другом и заставленных столами и досками. Сразу было понятно, что в этих помещениях властвовали мужчины – легкий кавардак был повсюду: кружки чая на столах, разложенные бумаги, личные вещи. Отдельно ото всех находился лишь небольшой кабинет начальника участка.
Когда дверь кабинета открылась, Пэйн выглядел так, будто оттуда вышел не его начальник, а кто-то другой, еще более страшный и грозный. Констебль одновременно пытался отдышаться и ответить на вопрос:
- Там… Это… Там… - руками он пытался показать, где находится загадочное «там» и, казалось, объяснить заодно. Впрочем, ничего у него не вышло, и пришлось какое-то время постоять молча и отдышаться.
- Там мужчина, сэр! – наконец выпалил бедный констебль, - Мертвый!
Паника в голосе увеличивалась с каждым словом. До юного Пэйна понемногу начало доходить, что он, констебль полиции, оставил мертвого мужчину на улице без всякого надзора, полностью разодетого, что, того и гляди, все вещички у него и снимут, якобы за ненадобностью. Вместе с этой мыслью пришла и другая: а что если он и не мертвый вовсе, а при смерти? Тогда надо было звать не начальника, а доктора, а он, дурак, сюда прибежал, и человек теперь умрет без медицинской помощи.
Нет-нет, мысленно уверил себя констебль, он был мертв, да и что было делать? В свисток свистеть, когда на улице никого? Так от этого только зеваки сбегутся!
Но совсем скоро на улицу повалит народ, собравшийся на работу, и обязательно кто-то наткнется на мертвеца, как это сделал и констебль.
В общем, растерялся бедный мальчик. Все-таки не каждый день под ногами трупы валяются, а тут еще и в такое неподходящее время, когда никого поблизости и нет, кто мог бы поддержать или подсказать, что надобно сделать. Так что ко всему прочему, Пэйн испугался еще и того, что от начальника ему влетит за ужасающую некомпетентность.

Отредактировано Тень (2013-03-22 05:10:21)

0

5

Услышав, что юному Пэйну пришлось столкнуться со смертью, Тревор даже несколько разочаровался. Макбрайду в бытность констеблем  и самому приходилось работать с трупами на улице. Будь то старик, слегший после продолжительной лихорадки, или пропойцы, замучившие свой организм большим количеством выпивки – подобным вещам приходилось случаться довольно часто. Так что начальник поник вовсе не из собственной бессердечности – дело оказалось не столь критично, как он думал. Парень просто испугался.
Пэйн все пытался указать место, где, судя по всему, сейчас коченел труп, да вот потуги его оставляли желать лучшего. Макбрайду, наблюдавшему за жестикуляциями этого горе-мима, пока предоставлялась возможность накапливать раздражение.
- Небось в первый раз труп увидел, м? – с пугающим хладнокровием спросил он, когда бедный парень справился с дыханием. Причин рвать и метать не было - это полиция Уайтчепела, а не выдрессированная Королевская Гвардия. Кроме того, доводить человека до истерики и еще больше расшатывать его покалеченное спокойствие было бы недальновидно. Макбрайд пытался припомнить, кого бы он мог отправить в караул вместе с констеблем Пэйном. Он, конечно, славный парень, который принял верное решение, поступив к Тревору на службу, но даже ему нужна была опора на небезопасных улицах района. Особенно ночью.
Начальник отдалился от двери, на некоторое время оставив подчиненного наедине со своими мыслями. Через открытую дверь кабинета было видно, как Тревор накидывал на себя какую-то часть верхней одежды – в полумраке не было возможности разобрать. Движения были неспешными, как и у всякого потерявшего интерес лица. Обернувшись на Пэйна, Макбрайд еще раз спросил, не дав возможности что-либо сказать на предыдущий выпад:
- …Где хоть твой мертвец? – он пригладил рукой соломенного цвета бороду и одернул свой жилет, - и ты что, единственный, кто несет караул в эту ночь, раз решил прямиком ко мне бежать?
Предстояла привычная процедура: труп нужно было как можно скорее убрать с улиц и обратиться к могильщику. Суетиться с установлением личности долго не приходилось – в скором времени все, кто живет поблизости, заметят мертвого человека и кто-нибудь так его узнает и скажет, какое имя надписать на могильной деревяшке.  Тревор ожидал услышать, что подчиненый нашел на предполагаемых улицах какого-нибудь чахоточного красильщика или побирающегося мальчугана, чей вид не требовал бы непременного присутствия начальника участка. Будь то убийство или поножовщина, считал Макбрайд, у Пэйна хватило бы ума сказать об этом.
Своим бегством констебль усложнил грядущее мероприятие в разы – беспризорный и бездыханный человек сейчас обрастет толпой зевак, как залежалый хлеб обрастает мохнатой плесенью. Похоже, многие жители Уайтчепела сегодня опоздают на свою работу. Предстояло найти пару крепких ребят, возвращающихся с ночной смены, которые смогли бы разогнать народ и убедиться, что тело отправляется прочь лишь за тем, чтоб быть погребенным. Ну и, разумеется, отправить с ними заодно быстроногого Пэйна - Макбрайд не собирался отпускать парня лишь затем, чтоб тот проспался после пережитого.

Отредактировано Тревор Макбрайд (2013-03-22 17:12:12)

0

6

Если уж посмотреть на все со стороны, Пэйн выглядел даже презабавно. Белокурые кудрявые волосы от быстрого бега в полном беспорядке торчали из-под шлема, прилипшие к вспотевшему лбу, а щеки раскраснелись так, будто он впервые увидел девицу, полностью обнаженную. Констебль закивал в знак того, что этот труп в его жизни единственный.
Помнится, поступивший только на службу в полицию, Пэйн обходил улицы с более опытными констеблями, которые рассказывали ему, что следует делать в Уайтчепеле и как себя вести.
- Смотри, Джон, - говорили ему, когда где-нибудь в проулке лежал очередной пьяница.
Констебли подходили к лежащему и носком обуви тыкали в пьянчугу, после того, как тот недовольно мычал или громко похрапывал, добавляли:
- Живой, значит. Пошли дальше.
Вот и вся школа, не считая того, что ему показывали маршруты, которыми ходят констебли. Хотя их-то молодой Пэйн знал как свои пять пальцев. Сам же и рос в этом районе, и часто мальчишкой бегал не только за констеблями, подшучивая таким образом, но и от них, выбирая самые сложные для взрослых маршруты с прыжками через заборы и пролезаниями в небольшие отверстия в стенах домов. Помнится, даже несколько раз попадался на мелких кражах, за что потом сидел в том самом участке, где сейчас находился. Правда, не долго сидел. Мальчишку быстро отпускали за честное слово так больше не делать. Не сразу он начал выполнять свои обещания, но потом образумился. А все потому, что одного из его старших товарищей взяли на чем-то более серьезном. Тогда был и суд, решением которого того самого юноши посадили на несколько лет в тюрьму. На маленького Джона все это произвело неизгладимое впечатление, так что он не захотел повторять участи того парня.
Но уже с неделю юноша ходил в полном одиночестве, и никаких приключений с ним до сего момента не случалось.
- Недалеко это… - ответил начальнику поникший Пэйн. Глупо, конечно, было сразу сюда бежать, и все же констебль решил как-то реабилитироваться в глазах шефа, объяснив свои не слишком разумные действия.
- Так, где ж всех искать-то? А на свист народ сбежится, а я один. Там же этот… мертвец разодет как… - подходящего слова юноша так и не нашел.
- Обокрали бы его тут же всего, я б тока отвернулся… Это ведь у нас быстро, сами знаете…
Пэйн еще раз задумался: первым делом на улицу пойдут люди рабочие. А те, Бог даст, и не возьмут ничего.

0

7

Начальник участка усмехнулся, когда Пэйн заговорил о том, где, как предполагалось, лежит тело, будто предлагая Макбрайду пройти вместе с ним. Посторожить, так сказать. Он создавал на рабочем столе какое-то подобие порядка, пока констебль оправдывал себя – в данный момент закрывал раскрытые книги, чьи строчки могли бы быть прочитаны в эту ночь. Тревор изучал печатные иллюстрации одной из них, когда юный Пэйн упомянул одежду покойного. Нахмурившись, Макбрайд уставился на подчиненного, пока тот договаривал – то и дело набирая в грудь воздуха, чтоб прервать словесный поток. Когда Макбрайд почувствовал, что констебль высказался, он наконец произнес:
- Так что же, к нам пожаловал умирать знатный господин? – захлопнув книгу, он приблизился,  - не лучшее же место он выбрал, Пэйн.
Пэйн ясно выразился, что у  покойного господина было что красть. Следовательно, он мог быть членом хорошей лондонской семьи, а может и вовсе иностранцем, раз не знает, что свой любопытный нос в Уайчепел лучше не совать. Что и говорить о том, что столь «дорогой» мертвец обойдется начальнику участка в некое количество нервов и переживаний. Подобные дела просто так не просачиваются сквозь криминальную хронику Лондона, они застревают в нем прочно и надолго.
Ах точно, обстоятельства, он не спросил про обстоятельства.
- А в каком виде ты его нашел? – Макбрайд двинулся к двери несколько решительно и резко, - в луже крови, в синяках, от которых становится дурно?...Так или иначе, нам не стоит задерживаться, ты сам не раз напоминал, что в скором времени из этих серых домишек повалит народ. А что может быть приятней глазу наших честных граждан с утра, как не беспризорный труп, на котором добротные вещи кра-айне плохо лежат?
Кажется, Макбрайд был единственный человек во всем Уайтчепеле, который мог улыбнуться в подобной ситуации.
- Не знаешь, кто-нибудь должен возвращаться со смены? Мои часы говорят что да, однако они не могут смотреть дальше моего кармана.
Для подобного дела люди никогда не будут лишними, думал Тревор.

0

8

В моде Пэйн совсем не разбирался. Кто ж знает, что там любят носить эти богатые, но мертвый человек, которого он нашел ранним утром, показался ему не просто абы каким богатым, а очень и очень богатым. И перчатки на нем, и костюм какой, сокрушался мысленно констебль, даже жилет разноцветный. Одно сейчас ему казалось странным – шляпы нет. На улицу да с не покрытой головой, ай, не хорошо. Даже Пэйн понимал, что так никто не выходит.
Констебль чуть ли не ответил «в мертвом», когда начальник участка спросил, в каком виде тот его нашел, но, к счастью, не успел, и Макбрайд пояснил свой вопрос.
- Крови не было, - уверенно заявил констебль, - Лицо какое-то страшное… В смысле не само лицо, а вид евошний, - Джон даже содрогнулся от неприятных воспоминаний.
В его памяти вновь появилась картина, как он переворачивает мертвеца и пытается того разбудить. И как сразу не догадался, что тот мертв? Ведь и лицо цвета странного, и рот приоткрыт был. Теперь эта картина ему будет являться в ночных кошмарах.
Пэйн достал из своего кармана самые дешёвые часы на цепочке и взглянул на время:
- Скоро должны пойти, сэр, - ответил он. Ох, если бы только не этот мертвец, он бы сейчас спокойно доходил свой маршрут.
- Так че ж мне делать-то теперь, сэр? Обратно бежать?
Признаться, не слишком-то ему хотелось возвращаться в тот переулок, тем более в одиночку. Но если получит на то указания, то, конечно, выполнять придется. Собственно, Пэйн уже топтался на месте с решимостью тут же сделать то, что ему прикажут. Возможно, Джон был не очень умен и находчив, был еще совсем молод и неопытен, но вот рвения ему было не занимать. Исполнительный паренек, который, к тому же, очень быстро находил себе кумиров. Людей, которыми восхищался, и на которых хотел быть похожим.
Например, сейчас Джон был восхищен той реакцией, с которой на происшествие реагировал его начальник и уже подумывал про себя, что тоже хотел бы иметь холодный ум и так спокойно реагировать на смерть. В его работе очень необходимо.

0

9

Удивительно чистый труп предстояло лицезреть – ни крови, ни следов побоев, если верить констеблю. Быть может, он все-таки живой, просто без сознания? Редкий скандал будет, если знатного лондонского кутилу всего истыкают палками мальчишки перед отправкой родственникам.
Если не нож, пуля или чья-то сильная рука, то что же тогда? У человека было странное лицо, как говорил Пэйн, однако, что можно считать странным в данном случае? В принципе, человеку, который первый раз увидел смерть, странным могли показаться ввалившиеся глаза, их стеклянный блеск, если те были открыты, потемневший язык…А что и говорить об окоченении, порой выставлявшеv тела в не самом лучшем свете. Ох черт, сколько же трупов «прошло» через начальника участка, сколько чудесных воспоминаний.
- Ну зачем же бежать, - пробурчал Тревор, будто бы обиженный репликой констебля, - бежать вовсе не обязательно, если ты, конечено, не хочешь, чтоб я навернулся где-нибудь. Хотя поторопиться, безусловно, надо...Покажешь мне своего окоченелого друга, посмотрим, что за странности ты обнаружил…
Макбрайд поискал в карманах пальто и нашел перчатки, которые тут же с видом неспешной, но все же боевой готовности натянул на свои  жилистые руки. Не то чтобы начальник участка был заядлым мерзляком, просто вполне допускал возможность того, что с мертвецом придется контактировать. Где-то позади должен был находится приземистый котелок, чуть поблекший от времени. За тот срок ношения он мог бы выглядеть и хуже, если бы Макбрайд за ним тщательно не следил и не чистил.
- Тем более, что рано или поздно я все равно с ним увижусь…Если по пути кого заметишь, присвистни, пусть позабудут о том, как мечтали сладко проспаться после дежурства, - начальник участка пригладил волосы и надел шляпу, еще раз легонько тряхнув на себе пальто за ворот, - Ведите же, дорогой констебль Пэйн.

Отредактировано Тревор Макбрайд (2013-03-26 21:19:28)

+1

10

Можно сказать, что Пэйн даже почувствовал облегчение, когда точно утвердился в том, что на новое свидание с мертвецом идет не один, а с самим (Самим) начальником участка. Во-первых, он чувствовал себя гораздо увереннее под управлением знающего человека. Во-вторых, очень уж не хотелось разбираться с этим делом целиком и полностью самостоятельно. Страшновато и как-то… противно.
А потому Джон явно с большой охотой повел своего шефа к означенному месту. Идти и правда было не далеко: через квартал по Бишопсгейт свернуть налево, там еще один квартал и направо, через проулок вновь повернуть на узенькую улочку, а оттуда всего несколько метров.
По пути Пэйн прихватил еще двух констеблей, возвращавшихся с ночного дежурства. Что и говорить, те явно были озадачены увиденной картиной: начальник участка шагает по улице с самым молодым констеблем, кажется, во всем Уайтчепеле. Тут не то, чтобы приказа не послушаться, а просто-напросто было интересно, с чего такая суматоха, и с чем же непутевый Пэйн повстречался на улице.
Вся дорога заняла от силы минут двадцать, и господам полицейским открылась такая картина: точно в том месте, куда привел констебль, лежал мужчина. На вид он был молод (не Пэйн, конечно, но и морщины еще не успели тронуть его лица), глаза закрыты, а рот, наоборот, приоткрыт. Бледная кожа уже начала приобретать специфический оттенок, а из-под высокого ворота рубашки стали пробиваться тонкие, но яркие фиолетовые полосы. Тело, кроме Пэйна, еще никто тронуть не успел, мужчина лежал в той же позе, в которой его и оставил констебль: было понятно, что изначально повернут он лицом к земле, но теперь туловище было развернуто к небу. Одет он был, как и должен житель Вест-Энда: брюки с ботинками, белая рубашка с повязанным галстуком, жилет с темно-фиолетовым узором, пиджак был расстегнут, как и легкое пальто поверх всей одежды. Светло-коричневые перчатки на ладонях немного испачкались, даже золотая цепочка часов была видна. А вот шляпы, действительно, не было, и нигде поблизости она не лежала.
Как уже понятно, мужчину никто из местных жителей не заметил. Возможно, потому, что из дома, ко двору которого и ведет проулок, никто пока не выходил.

0

11

В скором времени Тревор уже бодро шагал за молодым констеблем, наблюдая, как первые слабенькие солнечные лучи падают на прежде покрытые мраком закоулки, как взгляд распутника гуляет по телу симпатичной девушки. Увы и ах, Уайтчепел и  близко не стоял в ассоциациях с прекрасными женщинами - он, по мнению Макбрайда, более походил на измученную чахоткой даму в теле.
Пэйн петлял по улицам, а Макбрайд, что внимательно следил за подчиненным, привлекал внимание пока что немногочисленных прохожих. Им, должно быть, странно видеть начальника участка, деловито шагающим за констеблем, который своими быстрыми движениями больше напоминал ищейку, что идет по следу.
Когда к ним присоединились еще двое полицейских, Тревор, будучи весь на иголках от рассказа Пэйна, даже не справился о состоянии района по своему обыкновению. Его мучил только один вопрос – каким образом на его улицах оказался чистый, а главное, «дорогой» труп?
Наконец-таки ищейка по имени Джон Пэйн, которому Макбрайд чуть не брякнул «хороший мальчик», остановился. След привел четверых мужчин к человеку, которого уже изрядно помяла своими когтистыми пальчиками сама смерть. Тревор, так и не вышедший из состояния молчаливой задумчивости, чем наверняка немного смущал подчиненных, молча направился к телу, дабы собственными глазами убедиться в словах Пэйна. Лицо странное, так он говорил? Взгляд Макбрайда плавно скользил по выбритому лику человека, и его, без сомнения, дорогой одежде, которая, кстати, еще не привлекла внимание воришек. Какой же он молодой, думал начальник участка, прохаживаясь вокруг тела. Наконец, описав полный круг и стоя к констеблям спиной, он вдруг крутанулся на каблуках и произнес:
- Господа, вы Диккенса читали?
Не дождавшись ответа на вопрос, он засунул руки в карманы.
- Помните, как у него было: «Все началось с того, что Марли был мертв». – обернувшись на мертвеца, Макбрайд слабо улыбнулся, - «сомневаться в этом не приходилось»…
Тревор еще раз обошел труп, будто бы и не нуждаясь в ответных репликах подчиненных. Его эксцентричность уже стала притчей во языцех. Мужчина то наклонялся в к телу, то наоборот отдалялся, будто рассматривал картину в галерее, а не умершего мужчину. Настолько непривычно было видеть столь приличный костюм в декорациях Уайтчепела – Макбрайд не мог насмотреться. Он заметил так же, что у человека отсутствовал головной убор и невольно прикоснулся к своему котелку. Наконец он снова поднял взгляд на констеблей, уже нахмурившийся.
- Итак, поднимите свою мощную руку те, кто считает, что этого бедолагу нам просто подбросили. Потому наш замечательный округ – это последнее место, где можно отлично погулять таким, как он. Да и на наших потаскух он бы вряд ли польстился.
Макбрайд снова обернулся к мертвецу, будто собираясь произнести: "правда, дружище?", однако более ничего не произнес.
О причинах смерти Макбрайд не стал даже думать – он не был силен в медицине, а уж тем более судебной. Он знал лишь, что нужно выяснить личность покойного для каких-либо дальнейших операций с ним.

Отредактировано Тревор Макбрайд (2013-03-31 21:55:22)

+1

12

На все реплики начальника участка констеблям только и оставалось, что пожимать плечами и смотреть во все глаза то на труп, то на своего шефа.
Как уже говорилось, нечастое это дело – убийство в Уайтчепеле. Тем более, убийство такого масштаба. Почему-то Пэйн думал о том, что это было как раз-таки убийство. За что такая уверенность? Просто Пэйн в болезнях особо не разбирался, знал только то, от чего уходят в мир иной жители Ист-Энда, а молодые хорошо одетые джентльмены точно не могли умереть от таких причин. И как справляться с этой ситуацией молодой Джон и понятия не имел.
Но как узнавали личность погибшего, если тот был из Уайтчепела? Для этого особых сил никогда не прикладывали. Умершего обязательно кто-нибудь да знал, знающие всегда находились сами. А если нет, закапывали так, в безымянной могиле, и дело с концом. Не может же быть в карманах жителя Ист-Энда визитной карточки с его именем или портсигара с гравировкой. Они даже на собственных часах, если таковые имелись, ничего не гравировали. А зачем? Часы служат для времени.
Констебль Пэйн достал свои часики вновь и посмотрел на них, будто прикидывая, как бы на тех смотрелась гравировка. Мда, не смотрелась бы совсем.
Высказанное предположение Макбрайда тут же нашло отклик в уме молодого Пэйна.
«Неужели, его и правда могли подбросить?! - звучало пораженно у него в голове, - Но как бы они его сюда притащили? На экипаже? И зачем?»
Фантазия Пэйна так и показывала ему картины со злостными бандитами, именовавшимися в голове не иначе, как «они», на экипаже, а потом тащащими труп в этот переулок. Стоп, а почему в этот?
- Может, доктора позвать? – неуверенно поинтересовался Пэйн, - Или людей поспрашать…
С одной стороны, он жуть как боялся не угодить, с другой – тайна его начинала увлекать. Наверно, так себя и чувствуют настоящие детективы. Из Скотлэнд-Ярда, например. Или коронеры Ее Величества.

0

13

Констебли хранили молчание, предоставляя Макбрайду развивать свою мысль дальше. Версия по поводу того, что ныне мертвый человек не своим ходом  дошел до Уайтчепела, более менее устраивала его.  Почему бы и нет, думал Тревор, приметив выходящего из дому человека. А хотя бы потому, что под мертвецом не было лужи крови или нелицеприятного обода багрянца на верней одежде – следа от пули, то есть.
Когда Пэйн подал голос, Макбрайд  резко оглянулся, прищурившись.
- И то верно, - выдохнул он, заприметив еще людей, - а то если мы так и  будем кружить над беднягой, народ нас неправильно поймет.
Он отошел наконец от тела подальше и глянул на часы – что и говорить, стрелки немым укором напоминали о начале рабочей смены у большинства жителей района. Не факт, конечно, что и врач уже на ногах, но если юный констебль смог разбудить Тревора – подымет и доктора.
- Господа, - обратился он к констеблям, - по возможности не давайте широкой публике близко подходить к нашему богачу, хорошо? Думаю, фраза «нечего тут смотреть» не поможет… Смотреть можно, а вот трогать никоим образом.
Макбрайд потер переносицу, прогоняя последние остатки сна.
- Ну а ты, Джон, ступай за врачом, - он небрежно махнул рукой, - чувствуется, сегодня много миль пробежишь…Давай шуруй, укрепляй ноги и дыхалку, в работе поможет.
Внезапно начальник участка поймал себя на мысли, что даже и не помнит лица местного врача.  Не то чтобы подступал старческий склероз, просто пациентом местной больницы он был очень давно, когда слег с пищевым отравлением, еще до смерти жены. Да и то долго там не продержался – выбежал сразу же, как только почувствовал, что может стоять на ногах. К врачам, конечно, Макбрайд относился с глубоким уважением, просто не терпел их около себя, как, впрочем, и сами болезни.

0

14

На счастье, Рис Ллевеллин, местный доктор, жил совсем не далеко. Даже близко: констебль Пэйн всего за четыре минуты добрался до него, шел он быстро, но теперь не бежал сломя голову. Дом, в котором жил доктор, находился совсем в другой стороне от участка, если смотреть от того места, где лежал труп неизвестного джентльмена, но если идти напрямую от Бишопсгейт, будет не больше пятнадцати минут.
Из-за такого удобного для полиции места проживания, доктору приходилось неоднократно иметь дело с представителями закона.  Правда, в участок он мог не захаживать, а все от того, что вскрытия (ради которых к нему и обращались) проходили в морге больницы.
Констебль не мог позволить себе вернуться к начальнику участка «с пустыми руками», а потому приложил все необходимые усилия, чтобы побыстрее привести доктора, и даже не забыл упомянуть, что «дело очень срочное» и «хорошо бы, господин доктор, побыстрее». Для большей убедительности Пэйн еще и раза два успел посмотреть на свои часы, пока вел Ллевеллина до места происшествия.
А тем временем там, где находился труп, уже собирался народ. Два оставшихся констебля сдерживали «народный натиск», хотя особые усилия прилагали лишь к тому, чтобы люди не подходили слишком близко. Труп трогать хотелось не всякому, а местные воришки ежились под взглядами полицейских, пытаясь выгадать момент, когда возможно будет пробежать мимо и прихватить что-нибудь ценное. Правда, никто из них попытки пока не предпринимал, не решаясь рисковать.
Но людское любопытство не ослабевало. Кто-то, постояв и посмотрев, уходил на работу, потому что место было дороже, чем судьба мертвого бедняги, но на их место приходили новые. Слух разлетался по окрестным домам быстро.

0

15

Всю ночь Рису плохо спалось. Из его головы не выходили события прошедшего дня, как бы он не старался их от себя отогнать. Под утро ему все же удалось уснуть и, скорее всего, Ллевеллин проспал бы начало своей смены, но его разбудил стук в дверь. Что ж, еще одно убийство в Уайтчепеле, только вот на этот раз полиции было до него дело. Однако спросить констебля почему так и не получилось. Тот изрядно торопился, поглядывая на часы и подгоняя доктора, хотя они и так шли достаточно быстро. Видать, молодой констебль хотел выслужиться перед начальством.
Не смотря на то, что еще было довольно раннее утро, народ уже начал собираться возле места преступления, хотя многим, наверняка, надо было спешить на работу. Удивительно, как быстро людей притягивают такие события. На этот раз пробираться сквозь толпу было легче. Следуя за констеблем, он быстро оказался в центре событий. Теперь стало понятно, почему полиция заинтересовалось этим делом. Убитый был явно не беден, о чем свидетельствовала его одежда. Если бы Рис увидел этого человека живым и ходящим по Уайтчепелу, то подумал бы, что он заблудился. Хотя если он решил пройтись по Ист-Энду ночью и по таким переулкам, то вполне возможно, что кто-то из бедняков убил его ради кошелька. Рис подошел к трупу, чтобы осмотреть его. Внезапно доктору вспомнился умерший вчера музыкант – Томас. Ллевеллин постарался отогнать от себя эту мысль, в конце концов, ведь наверняка это были два разных случая. Но все равно подсознательно он проводил параллель между двумя этими событиями. Труп мужчины пролежал гораздо дольше, чем труп музыканта, это можно сказать было точно. Рис огляделся в поисках главного, решив не преступать к более тщательному осмотру, пока не переговорит с ним.

Отредактировано Рис Ллевеллин (2013-04-10 20:53:50)

+1

16

Тревор терпеливо дожидался возвращения констебля - желательно вместе с доктором. Тревор искренне надеялся, что доктор окажется покладистым и не будет разглагольствовать по поводу раннего часа. Впрочем, ханжеством местные вот уж точно не отличались. От скуки мужчина попытался представить то, с какой яростью Пэйн будет колотить в дверь, с каким испугом звук подымет доктора с постели...а вот и он, самое время вспомнить, как его зовут.
Вообще-то, Тревор стоял спиной к подошедшим и перебрасывался скупыми репликами с подчиненным, что наблюдал за зевакам с этого места. Они успели обсудить погоду, догадки начальника, даже до драной юбки проходящей мимо женщины добрались. И вдруг наконец позади, там, в толпе, разнеслось: "Кажется, врач", "да, точно, Ллевелин".
Ах точно, Ллевелин, промелькнуло в сознании Макбрайда, когда тот вновь крутанулся на каблуках, дабы увидеть лик врача, который столь смутно припоминал. В памяти застряли лишь темные волосы, какая-то растительность на лице, руки...почему руки?
Тревор прищурился, дабы разыскать Риса Ллевелина в толпе. Вскоре взгляд наткнулся на подходящую фигуру, сопровождаемую Джоном Пэйном. Хороший мальчик, похвалил про себя Макбрайд, натянув краешки губ.
- Доктор Ллевелин! - все так же чуть улыбаясь, позвал начальник и махнул рукой, чтоб врач поскорее его нашел. Тот, в свою очередь, старательно выглядывал Макбрайда.
- Проходите-проходите! - прикрикнул мужчина, вытягивая шею, - граждане, разойдитесь чутка, а не то врач ко мне так и не попадет.
Когда люди все-таки соблаговолили пропустить Ллевелина, Тревор натянул приветливую улыбку, как если бы приветствовал соседа ранним утром около прилавком с окороками. В самом деле, он был рад, скорее, не столько доктору, сколько тому, что вспомнил его имя. Протянув тому свою руку, Тревор произнес:
- А я вас узнал! - почти ребяческая живость в глазах вновь затрепетала, словно разбуженная - Вы вроде бы лечили мою жену от колик...
Он прищурился и на секунду отвел взгляд, будто припоминая.
- Да, точно. Она, правда, умерла, но это было года четыре назад, так что не переживайте особо. - словно бы не о вдовстве заговорил, а о погоде. Да, у врача было право на небольшой шок, впрочем, он мог быть и наслышан о начальнике полиции с весьма странной манерой ведения беседы. Крепко пожав руку доктору, Макбрайд развел руками, мол, вот, смотри, с чем имеем дело.
- Надеюсь, дорога была приятной и Пэйн не сильно вас напугал, - он огляделся в поисках юного констебля, - так или иначе, мы имеем на улицах нашего далеко не престижного района вполне себе достойный труп, который не очень к лицу нашим улицам. Как видите, даже крови нет.
Он выдохнул и медленно двинулся к телу, взглядом пригласив врача за собою.
- Беднягу нашел тот милый юноша, что проводил вас только что. Сказал, что нашел его уже будучи мертвым...Тело мы, естественно не трогали. Кто он, откуда, как умер - это еще предстоит выяснить. Надеюсь, хоть на один вопрос вы сможете ответить, сэр.
Макбрайд рукой указал на человека, который, будучи бездыханным, смог поднять на уши пол Уайтчепела.

Отредактировано Тревор Макбрайд (2013-04-14 19:15:27)

0

17

Рис услышал свою фамилию и оглянулся в сторону, где должен был стоять говоривший. Найти его взглядом не составило труда. Начальника полиции Уайтчепела и окрестностей с его характером трудно было забыть. Однако если внешность его Рису запомнилась довольно хорошо, то для того, чтобы вспомнить имя и фамилию пришлось поднапрячь мозги. В итоге Ллевеллин сумел вспомнить только фамилию.
Доктор легко пробрался сквозь толпу и, подойдя к Макбрайду, пожал ему руку.
-Приветствую. Приятно, что Вы меня запомнили.
В голове Риса стали возникать отрывки воспоминаний, связанных с начальником полиции. Он вспомнил и его жену, лежавшую в больнице с коликами. Правда, её имя вспомнить не смог. Но не успел поинтересоваться о здоровье супруги у Макбрайда, как тот тут же поспешил его «обрадовать» новостями о своей жене.
-Мои соболезнования, хорошая женщина была. Насчет дороги не беспокойтесь, я уже привык к подобным вызовам.
Ллевеллин проследовал за Макбрайдом к трупу, попутно воспринимая информацию, которую ему говорили. «Так, тело не трогали, это хорошо. Будем надеться, что и убийца не особо постарался скрыть улики, свидетельствующие о причине смерти».
Рис, коротко кивнув, давая понять, что все понял, наклонился к трупу и начал осмотр. Что ж, он пролежал здесь дольше, чем музыкант. По внешним признакам можно было сказать, что он умер от удушья. Блеск на запястье привлек внимание доктора. Он приподнял рукав и его взгляду предстал золотой браслет. «Значит не ограбление». Еще немного провозившись с трупом, проводя поверхностный осмотр, Рис не смог найти ничего нового и, поднявшись во весь рост, огласил свое заключение Макбрайду:
-По всей видимости, он пролежал тут долго, возможно, что всю ночь. Смерть наступила от удушья. Пока это все, что я могу сказать. Более подробно узнать что-либо можно только с помощью более тщательного осмотра в морге или, что еще лучше, вскрытия.

Отредактировано Рис Ллевеллин (2013-04-29 19:45:43)

0

18

Тревор как мог сдерживал нетерпение, пока доктор осматривал тело. Он переминался с ноги на ногу, пытаясь хоть чем-то себя занять. Оглядывался на зевак, болтал с констеблем, то и дело доставал часы - Макбрайд прекрасно понимал, что врача отвлекать не стоит, хотя мужчину так и подмывало справиться о результатах первоначального осмотра. Внутренне он надеялся на чудо: хотя бы малое, вроде уменьшения числа вопросов, возникших за это тревожное утро. Кто этот молодой человек?  Как так случилось, что вместе того, чтоб прохаживаться по чистым улочкам Вест-Энда, возлежит на холодный тропах Ист-Энда? Появление ответа хотя бы на один из этих наболевших вопросов был бы воспринят Макбрайдом не хуже чашки горячего чая. Правда, внутренне Тревор начинал понимать, что не особо заинтересован в факте смерти мужчины, а все больше зацикливается на его личности. Скорее всего, подступал страх неминуемой ответственности за бездыханного богача.
Тем временем врач поднялся на ноги. Чуда так и не случилось. Удушье, заявил Ллевелин.
- Вскрытия...- Макбрайд прочистил горло, - ...что ж.
Он прикрыл рот рукой в задумчивости. У Макбрайда была власть и полномочия для разрешения на подобную процедуру. В конце-концов, ты тут сам заинтресованное лицо, думал Тревор. Но все же стоит помнить про общественный резонанс, который вызовет это дело. Начальник участка чувствовал, что не имеет права "трогать" данный труп, словно им уже занимается другое отделение. Это было смешанное чувство страха пересечь опасную грань и желания отделаться от подобного преступления. Было здесь что-то крайне сомнительное, неестественное, нереальное. Тревор привык к обыденности Уайтчепела - убийства ради излишнего достатка, проституция, на которую стоило терпеливо прикрыть глаза, кражи того немного, что могли бы иметь жители округа. А здесь же дело, словно сошедшее со страниц криминальных романов или кричащих газетных полос. Такое не могло случится здесь и сейчас. Может, поэтому Макбрайд избрал версию с подброшенным трупом.
Он понял, что слишком долго хранит молчание.
- Что же, - повторил он, - если вы будете его вскрывать, советую сделать это как можно быстрее и...чище.
Макбрайд взял в себя в руки, напомнив себе, что он здесь представляет полицию, а не кто-либо другой.
- Да, как можно чище...В вашем морге ведь есть свободные места? Возможно, Марли...то есть, этому молодому человеку придется немного задержаться в ваших хоромах.
Кажется, Тревор возвращался на исходную позицию, раз припомнил свое не очень-то изящное сравнение с мертвецом из "Рождественской Песни".
- И да, я хотел бы поприсутствовать. Ну, на вскрытии. Если, конечно, не помешаю вам своим старческим ворчанием и бубнежкой.

+1

19

Несколько часов спустя. Больница Уайтчепела, морг.
Больничный морг выглядел удручающе. И если однажды позаботились о том, чтобы покрасить стены в самой больнице, то стены подвальных помещений, где и находился морг, были серы и обшарпаны.  Воздух стоял сырой и холодный, а трупы там подолгу не задерживались, так что выложенные в ряд мертвые тела увидеть в нем было не возможно, но это не спасало помещения от соответствующего моргу запаха.
Комната, где проходило вскрытие, была просторна, но скорее из-за того, что в ней практически ничего не находилось. Стол, который и предназначался для вскрытия, небольшой стол с медицинскими инструментами находились в середине, в углу стоял ящик также служивший для хранения инструментов, на котором стоял таз для мытья рук.
Свет проникал в помещение из ряда оконцев под потолком, но имелось так же и пару керосиновых ламп.
Труп, найденный на улицах Уайтчепела, теперь лежал на столе для вскрытия. До того, как его перевезли в морг, никто так и не проверил карманы, но теперь санитар, что помогал доктору при вскрытии, раздевал его и выкладывал все предметы, что находил, снимал украшения и саму одежду.
Таким образом, рядом были выложены карманные часы, платок, серебряный портсигар (на котором, кстати, никакой гравировки не было), визитница с личными визитными карточками, спички, браслет и два кольца соответственно. После этого санитар стал раздевать мужчину, складывая рядом одежду.
Первое, что бросалось в глаза, – яркие полосы на шее и синевший цвет кожи умершего. Рот его до сих пор был приоткрыт.

0

20

Пока санитар подготавливал труп, Ллевеллин надел кожаный фартук и сполоснул руки в тазу. Он был рад, что Макбрайд дал добро на вскрытие. Второй раз оставить себя без ответа Рис бы не дал. Когда начальник полиции задумался, он даже стал перебирать в голове доводы, почему труп надо вскрыть как можно скорее. К счастью, они не потребовались.
Доктор подошел к столу, на котором лежал труп. На вид, причина смерти этого мужчины была такой же, как и у музыканта – алкогольное отравление. У этих трупов, на первый взгляд, вообще было много общего. Прежде чем начать вскрытие, Рис начал осматривать тело на наличие следов каких либо травм. Для начала Ллевеллин осмотрел шею, яркие синие полосы на которой привлекали внимание. Но не они оказались основной зацепкой, способной помочь разгадать тайну причины смерти, а прокол, находящийся чуть левее позвоночника. Ллевеллин бросил взгляд на одежду мужчины, а точнее на воротник, после чего снова перевел взгляд на прокол. Жестом он подозвал Макбрайда, чтобы тот взглянул на это.
-Похоже, кто-то вколол что-то жертве. Не думаю, что он сам или кто-либо из медицинских работников стали бы колоть в шею.
После Рис осмотрел еще руки, ноги и торс мужчины, но это не дало никаких результатов, и доктор приступил к основному действию. Взяв скальпель, доктор сделал разрез, начинающийся от подбородка и заканчивающийся у пупка. После, Рис отодвинул кожу на груди и зафиксировал её скобками, чтобы она не мешала при вскрытии. Закончив подготовку, Ллевеллин нагнулся и принюхался. Вот и еще один факт, говорящий о том, что этот мужчина умер не от алкоголя.
-Мистер Макбрайд, Вы чувствуйте?
Рис поднял глаза на начальника полиции и выдержал некоторую паузу, чтобы тот успел сообразить, что к чему.
-Алкоголем не пахнет.
Не дождавшись ответа от Макбрайда, Ллевеллин продолжил вскрытие. Аккуратно доктор сделал разрез на желудке, не очень большой, но достаточный для того, чтобы заглянуть внутрь и разглядеть содержимое.
-В желудке алкоголя так же нет, только немного переваренной пищи.
Тут же озвучил увиденное Рис. Было понятно, что причин смерти явно не связана с пищеварительной системой. Но была еще одна зацепка, которая могла бы помочь раскрыть причину смерти мужчины. И этой зацепкой был тот самый прокол. Ллевеллин отодвинул кожу с горла, чтобы разглядеть дыхательные пути. И тут они попали в цель. Рис поднял взгляд на Макбрайда.
-Он умер из-за мышечного спазма, из-за удушья. Скорее всего, он умер в течение нескольких минут из-за ввода большого количества препарата…
Тут Рис снова нагнулся к трупу, отодвинул кожу на горле, чтобы еще раз осмотреть дыхательные пути.
-Я бы сказал, что это стрихнин…
Доктор снова перевел взгляд на начальника полиции и продолжил:
-Да, от стихнина. Скорее всего, он был введен с помощью шприца, сделав тот самый прокол на шее.
Ллевеллин отошел от трупа, чтобы смыть с рук кровь, дабы они сделались менее скользкими. После, доктор взял иголку, и хотел было уже начать зашивать труп, но тут остановился и, на всякий случай, уточнил у Макбрайда:
-Есть какие-нибудь вопросы?

0

21

Когда труп унесли, Макбрайд отпустил оставшихся констеблей. Кому-то пришлось продолжить патрулировать улицы, а кому-то повезло отправиться домой и упасть на мягкие, нестираные простыни.
Тревор молча провожал взглядом санитаров и старался не отставать от доктора. Предстоит довольно интересное зрелище, думал он, завидев очертания знакомой больницы Уайтчепела. Про ее жалкое состояние Макбрайд даже думать не стал: зрелище довольно-таки привычное. Не так, конечно, часто начальник участка посещал это место, однако надежды на внезапный ремонт тоже не питал.
Резкий запах мертвечины, который, похоже, успел пропитать эти стены - а так же оттенки нагноения, рвоты, сырости и затхлости, которые для Макбрайда смешались в единое зловоние, дали ему понять, что лучше пока подышать ртом.
В морге дух немного "отфильтровался" - остались только мертвечина вместе с сыростью и затхлостью. Что же, будет проще привыкать. Тревор немного завидовал врачу - тот уже просто не воспринимал это зловоние в силу своей деятельности. Пока начальник участка считал трещины на стенах помещения, доктор уже давно "принялся" за своего мертвого клиента. Тщательный осмотр подразумевал собой достаточное количество времени, хотя Макбрайд и надеялся на хоть какие-то реплики со стороны Ллевеллина.
- Не чувствую чего? - для полноты картины бедный Макбрайд должен был стоять с зажатым носом, томимый зловонием больницы.
"Алкоголем не пахнет" - заявил доктор. Тревор на секунду втянул носом воздух и понял, что чует только спирт среди сонма других "ароматов". Не пахнет так не пахнет, думал он, увидев из-за плеча доктора, как тот вспарывает мертвецу желудок. "Бедный Марли" - мелькнуло в голове у Макбрайда.
- То есть, версию о богатеньком пропойце отметаем? - переспросил он, когда услышал вердикт о содержимом желудка. И тут же осекся - врач здесь выполняет функцию сведущего независимого специалиста, к чему посвящать его в изыски расследования? Впрочем, пусть так, хотя бы Макбрайд сможет занять себя болтовней.
Далее Ллевеллин обмолвился о проколах, о препарате...Макбрайд подошел, будучи нахмуренным. Он оглядел прокол, дыхательные пути, которые так любезно приоткрыл доктор...
- Вопросы?...- он замялся на секунду, дабы обдумать заключение эксперта, - ...что же, хотелось бы поподробнее касательно препарата. Буквально пару слов о стихнине и о том, где он используется...А стоп, нет!
Он тряхнул головой и потер переносицу. Все так же, не открывая глаз, он шевельнул рукой.
- Вы сказали, что препарат был введен шприцем, верно? И что человек, выходит, умер от мышечного спазма, вызванного этим...стри...стихнином - в первый раз лучше получилось - и что же? Какой человек в здравом уме разрешит колоть себе шею?...

Отредактировано Тревор Макбрайд (2013-05-08 23:05:58)

0

22

-Да, эта версия не подходит. К тому же как-то сомнительно, что такой, по виду, состоятельный джентльмен, пошел бы напиваться в Уайтчепел.
Рис достал из одного из отделений катушку с нитками и быстрым движением отмотал некоторое количество, после чего резким движением оторвал его. Доктор умелым движением вставил нитку в иголку и принялся зашивать желудок. Пока Ллевеллин проводил эти манипуляции, он не переставал отвечать на вопросы Макбрайда:
-Колоть себе препарат в шею, особенно с сзади, это как минимум неудобно. Этот прокол сделал шприцом убийца. Возможно, он умер практически мгновенно, а возможно и нет. Все зависит от количества препарата, а этого мы точно знать не можем. Вероятно, он своими ногами пришел в тот злополучный переулок. Задыхаясь, умирая, но сам.
Рис остановился в своем рассказе, сосредоточившись на том, чтобы закрепить нитку, зашив желудок. Отрезав остатки нитки с иголкой, Ллевеллин вынул скобки, удерживающие кожу, и вернул её на место. После этого доктор взял катушку, чтобы отрезать еще немного ниток и продолжил:
-К нему могли подбежать сзади и воткнуть шприц в шею. Для этого не потребовалось бы много времени, смертельная доза стрихнина довольно мала. Хотя его могли бы как-то задержать отвлечь. Схватить за руку, отвлечь каким-то вопросом, если убийц было двое. Да хоть кинуть камень и отвлечь звуком.
Ллевеллин, заменив нитку, продолжил зашивать труп мужчины, начав с живота.
-Если говорить непосредственно о стрихнине, то его используют в медицине, в очень небольших дозах для укрепления. Обостряет зрение, слух, вкус, стимулирует сердце.
Рис кивнул на труп мужчины, грудь которого была зашита наполовину.
-Пример использования его в больших дозах прямо перед нами. Я могу попытаться определить, насколько чистое было вколотое вещество, были ли какие-то примеси, но для этого потребуется время.

Отредактировано Рис Ллевеллин (2013-05-12 13:20:42)

0

23

Начальник участка слушал внимательно: с каждым словом возрастал его интерес, а так же чувство, что он здесь совершенно лишний. Мужчина не раз задумывался, что отвык от подобный загадок, вроде смерти этого молодого человека. Его так и подмывало вызвать инспектора, дабы без шума и пыли переложить расследование на него.
- Тогда я вас еще немного помучаю, - в задумчивости произнес Тревор, приблизившись к трупу, - как, а главное, где можно достать данный препарат...даже не так, насколько это легко сделать. Скажем, может ли такой добротный человек, вроде меня, достать флакон?...или даже несколько? Ну так, в профилактических целях?
Макбрайд наконец-таки поднял взгляд, дабы доктор убедился, что вопрос направлен к нему, а не к кому-либо еще. В глазах тепло и живость сменились отталкивающим холодом и непониманием. Он задержался на фигуре доктора не надолго: в следующий же миг он обратился к полосе на шее. Цвет смачного синяка, свинцовой тучи навевал на крайне парадоксальные мысли.
- И как же следы...вот эти вот, - он опомнился за секунду до того, как прикоснуться к мертвой остывшей коже, - кто-то облегчил мучения бедняги?...в Уайтчепеле вряд ли бы завелся такой мягкосердечный добряк, особенно без моего ведома.
Он одернул жилет и даже не взглянул на часы - Макбрайд был увлечен этим странным монологом и собственными рассуждениями.
- Что же это, молодой человек получает смертельную дозу укрепляющего препарата - скорее всего, жертва мошенников, может такое быть? - а затем решает, что лучшим местом упокоения, скорее всего, будет мой округ. Или же, он так решает только в часы особой нужды в воздухе внутри глотки...Однако, имеет место быть след на шее. Его появления для меня загадка, буду честен с вами. Неужели вас самого не удручает такое странное, невероятное положение вещей?

0

24

-Достать его можно. Но для этого Вам надо быть или врачом…
Рис приподнял взгляд на Макбрайда и закончил свою фразу:
-…или иметь много денег. Стрихнин можно достать легальными методами.
После доктор вернулся к работе и оторвался от нее, только услышав второй вопрос, адресованный ему.
-Следы? Эти?
Рис как раз таки заканчивал зашивать труп и ловко орудовал иголкой и ниткой ближе к шее трупа. Он остановился на несколько секунд и провел пальцами по одной ярко-синей полосе.
-Всего лишь следы от мышечного спазма.
Выслушав третий вопрос Макбрайда, Ллевеллин покачал головой.
-Мошенники вряд ли, стрихнин можно достать совершенно легально, если есть деньги. К тому же, повторюсь, вряд ли человек стал колоть сам себе препарат в шею, да еще и сзади. Знайте, если бы я задыхался, то, пожалуй, вопрос о том в каком районе умереть стоял бы на последнем месте. Лично в моем представлении складывается такая картина.
Рис замолчал ненадолго, чтобы закончить зашивать и ловким движением закрепил нитку в конце разреза. После он резким движением оторвал оставшуюся часть и вернул иголку на место. Теперь о том, что труп вскрывали, напоминал огромный шов, тянущийся чуть ли не через все тело.
- Этот мужчина зачем-то приехал в Уайтчепел, за чем конкретно – неизвестно, и остался здесь допоздна. Тут его, скорее всего, настигли недоброжелатели или те, кому он перешел дорогу. Иначе, будь это простое ограбление, они бы забрали и вещи.
Рис кивнул в сторону предметов, которые были у жертвы при себе.
-Они как-то отвлекли его или просто подкрались неожиданно и вкололи в шею стрихнин, после чего мужчине потребовалось немного времени, чтобы стать трупом.

Отредактировано Рис Ллевеллин (2013-05-17 20:29:01)

0

25

Тревор отошел от стола с мертвым телом - внезапно Марли, как прозвал его Макбрайд, стал последнему совершенно не интересен как субъект. Казалось, что это негласное расследование дошло до следующей точки, до того места, с которого начинается построение догадок. Но начальник участка никогда не сотрудничал с опытными властными структурами, поэтому не разделял расследования на какие-то этапы: что и говорить, он вообще это и расследованием и не считал.
- Недоброжелатели...- пробубнил он, собираясь с мыслями, - далековато они что-то живут, эти недоброжелатели. Так или иначе, случай очень, ну о-о-очень странный.
Тревор пальцем поправил воротник: мужчина вышел из своего задумчивого коматоза и вернулся в реальный мир. В эту реальную вонь и духоту, вновь отяготившую его.
- ...я не знаю практически в моем районе ни одного человека, который располагал укрепляющими средствами. - хриплым голосом произнес он, - Все деньги здесь пропиваются и проедаются со скоростью большой, чем та, с которой вы, достопочтеннейший, надрезы зашиваете.
Он оглянул помещение, словно не узнавая его.
- Если вы не возражаете, то я хотел бы выйти на свежий воздух. А то здесь немного, э-э-э, душновато.
Ох если бы духота его смущала, не прожил бы он в Индии и трех дней. Там, особенно когда сезон, парит как в аду, вспоминал Тревор.
Макбрайд сделал приглашающий жест:
- Если вы закончили, то прошу, пойдемте со мной. У меня есть еще пара вопросов.

0

26

Рис подошел к тазу с водой и ополоснул руки от крови, которая неизбежно попадала на них в процессе зашивания. Он выполнил свою основную задачу – причина смерти была выяснена. Надобность в его услугах полиции теперь практически отпадала, разве что зайдут уточнить пару деталей. Казалось бы, это должно было обрадовать любого другого человека – работы меньше, но, однако, Риса это не радовало. Вопросов было еще много, очень много и ему хотелось знать на них ответы. Можно было, конечно, дождаться конца следствия и узнать все из газет, но те, скорее всего, осветят этот случай, приукрасив настолько, что правду нельзя будет разглядеть под этими украшениями. Ллевеллин задумчиво посмотрел на труп. Ему вдруг опять вспомнился тот мертвый уличный музыкант, чью причину смерти так и не удалось узнать доктору. Внезапно Рис поймал себя на мысли, что они могу быть сходны. Мало ли, вдруг и Томаса тоже был похожий прокол на шее, который, конечно же, тогда было невозможно увидеть. Постепенно Ллевеллин стал развивать эту мысль, но из размышлений в реальную жизнь доктора вернул голос Макбрайда.
-Да, я уже закончил.
Сняв фартук и отдав необходимые распоряжения, Ллевеллин жестом пригласил начальника отдела выйти на улицу и по дороге возобновил разговор:
-Случай, без сомнений, странный.
В голосе Риса послышались небольшие нотки неуверенности и того, что он чего-то недоговаривает. Доктор колебался, надо ли рассказывать Макбрайду о трупе музыканта или нет. В конце концов, это могли быть две совершенно разные смерти, а быть может и нет. После некоторой паузы Ллевеллин все-таки решил рассказать об этом случае.
-Но, боюсь, что не единственный.
Тут доктор выдержал еще одну паузу, уже более короткую и продолжил лишь когда они вышли на улицу.
-Недавно я видел труп мужчины, причина смерти которого, по виду, может совпадать с причиной смерти этого джентльмена. К сожалению, тому не слишком сильно повезло: я не успел обследовать труп, а сам убитый был уличным музыкантом, поэтому его смерть полицию не заинтересовала.

0

27

Тревор торопливо засеменил на выход. Прочь из больницы, прочь. Гной, трупы, много трупов, раны, испражнения - подобная концентрация попросту не для Макбрайда.
Вдохнув чуть крепковатый от смога и духоты воздух, мужчина облегченно вздохнул. Нужно будет вечером нагрянуть в питейную, чтобы дурные мысли не беспокоили, украдкой отметил он про себя. Только алкоголь мог хоть немного сгладить столько острых углов: мертвец, стрихнин, брусчатка, на которой он лежал, встревоженный Пэйн, эта тыква его светловолосая...Платком Макбрайд промокнул свою - на лбу проступила небольшая испарина.
Он убедился, что врач следует за ним - вот уже доктор прикрывал за собой двери. Он рассуждал о сложности случая, благо, сказал он не очень много - Тревор все равно пропустил бы половину. Чуть погодя он упомянул про какого-то музыканта, недавно почившего. Макбрайд вроде бы ясно смотрел на врача, но в то же время ничего толком не понял. Обрывки фраз долетели до него: мертвый музыкант, скорее всего, уж захоронен. Случай? ...он что, находит в них какое-то сходство?
- Ну что же, тогда нам понадобится лопата и пара крепких людей. - на полном серьезе произнес он, как-то грустно выдохнув.  Разумеется, тревожить тело Макбрайд не собирался, просто ему было нечего совершенно ответить. Разве что расспросить о наличии тех же нелицеприятных следов и состоянии трупа на момент обнаружения.
- Увы, все мои крепкие мужи сейчас спят снов праведников, а ваши пациенты и таз поднять не смогут, - усмехнулся он, - так что давайте представим, что этот бедняга...он скрипач был? (здесь чаще именно на расстроенных скрипочках играют), или кто вообще? Сколько лет?
Он взглянул на врача, убедившись, что фразочки про раскопки не выбили Ллевеллина из колеи.
- Есть ли следы, как и у нашего богача? Где нашли?
Вообще, удивительно, что Тревору не сообщили о найденном теле, могли хотя бы громко сплетничать в коридорах участка - подслушать Тревору было не в тягость.

0

28

Рис с небольшим недоумением посмотрел на Макбрайда. Нет, он не был против раскапывания трупа, наоборот ему даже было интересно проверить правдивость его версии. За свое обучение и практику он видел уже стольких мертвых людей, что такие предрассудки мало его задевали. Однако вряд ли этот поступок оценили бы другие верующие жители Уайтчепела, даже после объяснений, зачем это нужно. Однако начальник отдела говорил достаточно уверенно и серьезно, так что в какой-то миг доктору показалось, что они действительно сейчас возьмут лопаты и отправятся на городское кладбище. Впрочем, следующая фраза Макбрайда развеяло это заблуждение. Рис грустно улыбнулся уголками губ. Да, действительно в больнице вряд ли наберется много рабочих рук. Все, кто чувствовал себя хоть более менее хорошо и способными работать тут же бежали зарабатывать деньги, что вполне понятно, учитывая местные условия жизни. В больнице были лишь те, кто находился в очень тяжелом состоянии.
-Насколько я помню, на скрипке он играл довольно искусно. Его часто можно было заметить на улице. Звали его, кажется… Томас.
Рис перебрал в голове события вчерашнего дня и поразился, сколько всего он успел узнать об этом музыканте, только вот главной его загадки разгадать не удалось.
-Труп лежал в одной из небольших улочек, чуть севернее главной улицы. Следы никакие я рассмотреть не успел – ваши подчиненные на редкость быстро убирают трупы, невзирая на протесты врачей.
В последней фразе не было слышно укора, Ллевеллин понимал, что тут он будет неуместен. В конце концов, трупов бродяг и пьяниц в Уайтчепеле полно, и их причина смерти проста и, к сожалению, обычна для этих мест.

+1

29

- Томас? - Макбрайд сперва подумал, что это имя ровным счетом ничего не говорит.  Он знал Томаса-красильщика, Томми-беспредельщика, что лапал чужих жен и в пьяном угаре нападал на полицейских, Тома-попрошайку, которй был от природы худ, и всегда просил у Макбрайда лишнюю краюху хлеба. Хотя мать уверяла,что кормит сына вполне сытно. Для Уайтчепела, разумеется. Но потом вспомнился и Томас-музыкант.
- Ах этот Томас...- Тревор потер заросший подбородок, - бедняга, какая участь его постигла...
Он вздохнул: этот пожилой мужчина частенько встречался Макбрайду по пути в участок. Чем был ценен этот музыкант, так это тем, что умел играть. Некоторые просто скрипели назло всей улице на расстроенных инструментах, так, что у многих жителей района, не знакомых с музыкальными изысками, складывалось впечатление, что инструмент не может звучать как-то по-иному. Однако смычок в руках Томаса позволял музыке стать чем-то осмысленным. Скрипка в его руках не напоминала по звучанию измученную родовыми муками кошку. Наверное, поэтому Тревор так хорошо его помнил - для Томаса он никогда не жалел монеты.
- Ужасно слышать это сейчас, когда мысли спутаны этим странным делом, - он наконец перевел взгляд на врача, - доктор Ллевеллин, вы продолжайте, не упускайте деталей и мелких подробностей.
Верно, врача ожидал долгий допрос: начальник участка никогда не относился к показаниям поверхностно, так как считал, что если человеку нечего скрывать, то он сможет выдержать этот эмоциональный напор и дотошность.
- Ну а потом порассуждаем - если ваши опасения подтвердятся - почему же душегуб решил разнообразить свое меню бедным музыкантом.

0

30

-Подробности…
Рис вспомнил вчерашнюю картину смерти Томаса, пытаясь вспомнить, что он мог упустить. Внезапно ему вспомнилась Джудит. Конечно, вряд ли эта девушка была как-то связанна с этим делом. Судьбой, такой же, как у неё, могла похвастаться каждая третья девушка в Уайтчепеле. Да к тому же, по словам соседки, она редко виделась с отцом. Вполне возможно, что если полиция, если будет её проверять, пойдет по ложному следу, а быть может…
-По поводу смерти Томаса я больше ничего не знаю. Разве что немного о его жизни, о его дочери.
Ответил Рис достаточно уклончиво, дав начальнику отдела самому выбрать, нужна ли ему эта информация или нет. Но потом Макбрайд отвлек его от мыслей об этой девушке предложением начать строить теории.
-Конечно, возможно, что Томас и этот джентльмен были знакомы, у них были когда-то общие дела, но что-то мне в это слабо верится.
Ллевеллин слегка призадумался, перебирая в голове другие варианты, которые возникали в его голове.
-У меня на этот счет есть только одно предположение.
Рис выдержал небольшую паузу, продумывая как бы лучше рассказать его. Он смотрел на дорогу, расфокусировав зрения и мыслями был довольно далеко от этого места.
-Допустим, у Вас в руках оказался препарат, который, по слухам, при определенной дозировке приводит к летальному исходу. И у Вас есть враг, которого Вам надо устранить.
Доктор слегка тряхнул головой, возвращаясь в реальность, и посмотрел на Макбрайда.
-Лично я первым делом проверил бы это и действие этого препарата. Вдруг эта не та дозировка, что нужна?  Вдруг нужный эффект не будет достигнут? Таким образом, возможно, что Томас просто оказался не в том месте не в то время.

0


Вы здесь » Городские легенды » Старое » "Полиция подключается к делу"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC